Вам нужно только решить, с чего начать, чтобы насладиться изысканной, неподражаемой прозой мэтра. Может быть, с ироничного, наполненного лёгкой, прозрачной туманностью берлинских дней романа «Король, дама и валет» или невероятно тонкого, пахнущего тёплым августовским вечером «Дара»? Может быть, отправиться в безмятежное плавание по волнам дореволюционной России, воссозданной в автобиографической книге «Другие берега»: белая матроска, столовая, обшитая орехом, лоун-теннис, петербургский снег, плетёные кресла, пахнущие из-за жары вафлями и ванилью, матовые ягоды голубики, пляж в Биаррице… Или попробовать волшебный напиток из удачно найденных образов и неожиданных сочетаний слов, заставляющий буквы складываться в картины, чувствовать движения воздуха, запахи, видеть блики и тени, в таких шедеврах, как «Защита Лужина» или «Машенька». Или заворожённо следить за развитием невероятных сюжетов и цепью узоров и арабесок, из которых сплетены «Приглашение на казнь», «Подвиг» и «Отчаяние». Можно, как в свежее утро, пахнущее сиренью, нырнуть в атмосферу великолепных рассказов. Каждого читателя Набоков покоряет чем-то особым, но одно можно сказать точно – больше никто так не умеет!
